Успех или провал Собора, так же как и его принципы можно понимать с двух разных точек зрения: во-первых, по отношению к внутренней деятельности или природе Собора, и, во-вторых, по отношению к выполнению различных требований или предложений, сделанных Собором. Далее, понимание Собора в большой степени определяется тем, какой представляют себе Церковь. Однако, Второй Ватиканский собор радикально изменил представление о том, какой должна быть Церковь.
Взгляд на Церковь до Собора был склонен к отождествлению католицизма с Римским католицизмом и Церкви - с церковной иерархией. Взгляд на Церковь после Собора, напротив, пролил свет на значение местных Церквей, на другие обряды церковной традиции (восточные католические церкви), которые
приравниваются к Латинской Церкви и традиции, а так же на Православные Церкви - сёстры, с которыми Римская Церковь не находится в полном единстве. Подобным образом, утверждение о
том, что Церковь состоит из народа Божьего, т.е. из мирян и духовенства, само по себе было революционным моментом в том, как католицизм понимает свою собственную церковную природу.

Это радикальное развитие в экклесиалогии, поэтому повлияло и продолжает влиять на то, как следует понимать Ватиканский собор. Таким образом, возникает вопрос, вся ли Церковь принимала участие в Соборе, и были ли различные части Церкви полостью и в равной степени представлены на Втором
Ватиканском соборе или нет? Если ответ положителен, то Собор был действительно Собором и, соответственно, достиг соборности, а если ответ отрицателен, то Второй Ватиканский
Собор не был полностью экуменическим и, следовательно, не может называться Собором.

Несомненно, с дособорной точки зрения Собор был собранием, совместной работой и совместным решением всей Церкви. Однако, Собор прояснил и расширил дособорное понимание Церкви. Но, достигнув такой степени развития, Собор не смог пересмотреть себя и свою соборность. Следовательно, с точки зрения экклезиологии после Собора, Собор был провалом в том, что вся Церковь не была представлена, ни полностью, ни в равной степени. Она не включала в себя полноту Единой, Святой, Вселенской и Апостольской Церкви. В то время, как Восточные Католические Церкви были представлены слабо, и им не было предложено равной с Латинской Церковью роли в подготовительных комиссиях и голосовании, Православные Церкви не принимали участия во внутрисоборном развитии. Следовательно, если эти последние церкви являются частью
единого мистического Тела Христова, т.е. Вселенской Католической Церкви в отличии от Церкви Римско- Католической, то их отсутствие означает, что на Соборе не была представлена полнота Церкви Христовой. Следовательно, Второй Ватиканский Собор состоял только из некоторых частей всей Церкви.

Второй провал Собора заключался в неспособности ясно, с самого начала и на каждой рабочей комиссии, сессии и соборном тексте отличить латинскую традицию от Церкви в целом. Соответственно, многие соборные тексты имеют дело почти исключительно с вопросами и проблемами, присущими
латинской и римской традиции. Возможно, наиболее ярким примером является догматическая конституция о богослужении, Sacrosanctum Concilium. В других текстах применяемые теологические принципы и используемые теологические структуры принадлежат латинскому богословию. Богословские подходы и богатство восточных традиций в текстах обычно отсутствуют. Одна из причин этого недостатка заключается в том, что восточные католики воспитывались и обучались в
соответствии с методами латинской теологии и в предубеждении против своих собственных традиций. Сам Собор признает этот факт тем, что поощряет верность подлинным древним восточным традициям, присущим этим церквам, и углубление в них.

В соответствии с вышесказанным, гипотезу о том, что Второй Ватиканский Собор был неудачным собором, ставшим одним из имеющих наибольшее историческое значение синодов, можно не
только выдвинуть, но и убедительно доказать.
 

Назад в "Интернет- Центр Единство Церкви"

или к сайту "Богословия церковный взаимоотношении"